На каком языке лучше говорить в Тбилиси — на русском или английском?

Если семейный бюджет позволяет, грузинские семьи в Тбилиси, по рассказу участницы в августе 2026 года, берут няню — носительницу русского языка, а позже репетиторов по русскому и английскому: на хорошие места в госучреждениях и бизнесе большой конкурс, и обычно выбирают знающих минимум два иностранных языка. Но такие ребята не работают барменами и официантами — туда, по её словам, чаще берут людей из сёл, которые немного понимают по-русски, но говорить стесняются.

Работающая фраза для начала разговора, которой делились в августе 2026 года: «Гамарджоба. Укацравад, картули ар вици. Do you speak English или, может быть, по-русски?» — то есть «Здравствуйте. Извините, я не говорю по-грузински». После такого вступления обычно отвечают по-русски или по-английски, как собеседнику удобнее.

Другой путешественник в июле 2026 года описал свою схему: начинать везде с грузинского «гамарджоба», затем переходить на английский. Дальше грузины либо сами переходят на русский, либо разговор продолжается по-английски — проблем в общении у него не было.

Про молодёжь в июле–августе 2026 года писали по-разному. Среди молодых немало тех, кто знает русский на уровне базового диалога и выше. Путешественник рассказал о сотруднице оптики, которая гордилась, что её дети отлично выучили английский в школе, а русский — дома.

По впечатлениям одной путешественницы в июле 2026 года, в Тбилиси чаще использовался английский, а в Батуми — русский. Это личное наблюдение, но оно показывает, что языковой баланс может отличаться от города к городу.

Мнения о том, с какого языка начинать, разошлись. Один участник в июле 2026 года считал, что хуже начать по-английски и потом перейти на русский: знаешь английский — говори на нём. Другие возразили, что ничего плохого не случится и говорить стоит на любом языке, которым вы владеете удобно и уверенно.

Многие грузины, по словам участника обсуждения в июле 2026 года, знают английский хуже русского или вообще не говорят ни на чём, кроме грузинского. Другой путешественник в августе писал, что довольно часто встречал и незнание русского, и средний английский, — причём английский там, где он бывал, знают лучше, чем в тех местах России, где он бывал.

Те грузины, кто хорошо знает английский, по наблюдению участника в июле 2026 года, особо и не встречаются типичному туристу. В обычных ситуациях — в кафе, такси, магазинах — путешественник чаще сталкивается с людьми, чей уровень языков скромнее.

Отказ говорить по-русски, по опыту путешественников, встречается, но нечасто. Одна туристка, бывавшая в Грузии 5–6 раз с 2018 года, столкнулась с этим однажды летом 2022 года; другой участник за два года — один раз; ещё один за четыре месяца дважды встречал бариста, которые из принципа говорили по-английски. При этом в июле 2026 года писали и о том, что среди молодых немало тех, кто принципиально отказывается говорить по-русски или делает вид, что не знает языка.

Если сотрудник не понимает ни русского, ни английского, по наблюдению в июле 2026 года, обычно зовут помощника или открывают переводчик в телефоне. В ресторанах, кафе, на экскурсиях и заправках, как писал другой участник, вас постараются понять — помочь по доброте или чтобы получить оплату.

Реальный уровень языка у собеседника бывает неожиданным: человек может казаться русскоговорящим, а знать только «привет» — или, наоборот, неожиданно хорошо заговорить по-русски. В общении часто смешиваются русский, грузинский и английский; по словам участницы, если пожить в городе месяц, начинаешь всё понимать. Тем, кто учит грузинский, в сентябре 2026 года заметили, что при неуверенном знании собеседник нередко сам переходит на русский как на самый простой вариант.